«У каждой эпохи свои переполохи». Эти ироничные, но верные слова современного писателя Михаила Попова в полной мере можно отнести к тем трудностям, смятениям и тревогам, которые переживают библиотекари, когда масштабные преобразования охватывают всю библиотечную сеть страны.
Если одни преобразования — такие, как централизация в 70-е и децентрализация в 90-е годы прошлого века — уже уходят из нашей памяти, то другие, начавшиеся в новую эпоху под девизом «оптимизации», только набирают остроту.
Первым толчком в оптимизации региональных библиотечных систем стал ФЗ-131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», передавший органам местного самоуправления полномочия по организации библиотечного обслуживания на муниципальном уровне. К слову, в этом году исполнилось десятилетие с момента его принятия. Второй виток оптимизации связан с внедрением ФЗ-83 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений», который определил переход библиотек в новые правовые формы учреждений со статусом юридического лица. Третий начался в 2012 г. после Указа Президента Российской Федерации №597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики», предусматривающего повышение оплаты труда работникам культуры при условии эффективной работы.
Что же произошло с сетью общедоступных библиотек страны за последние годы?
Статистические сказки и библиотечная реальность
Прежде чем ответить на этот вопрос, нужно обозначить важную проблему, которая затрудняет качественный анализ трансформации библиотечных систем. Речь идёт о государственной отраслевой статистике, которая точных данных о состоянии сети муниципальных общедоступных библиотек не даёт. В сборниках ГИВЦ Минкульта России не отражено в полном объёме действительное положение вещей в отрасли. Срабатывают недостатки, заложенные в формах госстатистики, провоцирующие непонимание у специалистов на местах. Существенную лепту в создание статистической «неразберихи» вносят региональные подходы при заполнении форм государственной статистической отчётности 6-НК и 7-НК. Кроме того, часть библиотек всё ещё находится в структуре администраций муниципальных образований, а они не включены в формы государственной статистики. Росстатом так и не определено, по каким формам они должны отчитываться. В Пермском крае их называют «неучреждёнными» библиотеками (21 единица), и обслуживают они 2% населения края, в отдельных районах — свыше 50% жителей. В Архангельской области к 34 «неучреждённым» библиотеками, добавилась ещё такая — вошедшая в структуру Центра предоставления государственных и муниципальных услуг муниципального образования. Сколько всего по России неучтенных библиотек, никому не известно. Не обходятся «статистические сказки» и без «мёртвых душ». Не единичны случаи, когда в годовых статотчётах библиотеки числятся, а деятельность свою не осуществляют. Причины разные: либо здание аварийное, а акта обследования нет, либо библиотека не работает из-за отсутствия финансирования и т. п.
Принимая во внимание весь комплекс подобных обстоятельств, в рамках Общероссийского Проекта «Корпоративная полнотекстовая база данных “Центральные библиотеки субъектов Российской Федерации”» Российской национальной библиотекой осуществляется мониторинг региональных библиотечных сетей. На основе данных о сети в документах, которые размещены в интегрированной полнотекстовой базе библиотеками-участниками Проекта (76 центральных библиотек), а также сведений, предоставленных в режиме «запрос-ответ» библиотеками, не участвующими в Проекте, получена информация, отражающая реальное состояние библиотечной сети каждого региона и страны в целом.
Но сначала о региональных подходах к ведению государственного статистического учёта. По данным мониторинга РНБ лишь часть регионов согласно Приказу от 15.07.2011 г. №324 Федеральной службы государственной статистики РФ отчитываются о деятельности библиотек, вошедших в состав культурно-досуговых учреждений (КДУ), по форме 7-НК. Желание не упустить ситуацию «оптимизации» из-под контроля привело к тому, что в отдельных регионах осуществляется двойной учёт библиотек-структурных подразделений КДУ по 6-НК и по 7-НК. Но больше половины регионов учитывают библиотеки, являющиеся подразделениями КДУ, по форме 6-НК на основании решений региональных методических центров и органов управления культурой. Представляется, что основанием для такого решения стали веские доводы.
Первый аргумент — нормативный.
В соответствии «Методикой определения нормативной потребности субъектов Российской Федерации в объектах культуры и искусства» органам власти субъекта федерации нужно показать соблюдение нормативов по обеспеченности библиотеками. «Уход» библиотек в структуры организаций культурно-досугового типа — это всё-таки «уход» из библиотечной сети региона. Органы управления культурой субъекта федерации сталкиваются с проблемой, как отчитаться о соблюдении действующих нормативов.
Второй — экономический. Отчётность библиотек-подразделений КДУ по форме 7-НК чаще всего осуществляется по количеству юридических лиц, которых значительно меньше, чем сетевых единиц. Как единодушно утверждают специалисты, такой подход не даёт реальной картины организации библиотечного обслуживания в регионе (то есть не понятно, какими образом библиотечным обслуживанием охвачена вся территория), но, что ещё более пагубно-отрицательно влияет на финансирование библиотечной деятельности, которое, как правило, рассчитывается на сетевую единицу. Добавим к этому, что свою негативную роль играет и отсутствие механизма финансового взаимодействия с библиотеками, интегрированными в иные учреждения культуры. Подобные библиотеки не получают средств из федерального и регионального бюджетов на комплектование фондов, они не учтены в региональных дорожных картах при формировании показателя «Подключение библиотек к сети интернет», их нет в целевых программах, предусматривающих финансирование деятельности библиотек и развитие ресурсно-технологической базы.
Третий — организационный. Разная внутриведомственная подчинённость библиотек и библиотек–подразделений иных учреждений культуры затрудняет анализ состояния дел в библиотечном обслуживании. Как правило, проблемы возникают там, где нет координации между методическими центрами, структурами и специалистами, которые занимаются сбором форм государственной статотчётности по форме 7-НК и 6-НК, контролем над их заполнением, непосредственным заполнением сводных форм и подготовкой аналитических материалов. Есть регионы (Архангельская, Нижегородская области, Республика Татарстан и др.), где центральные библиотеки субъектов федерации не имеют доступа к данным по форме 7-НК. При этом возникают проблемы, обусловленные отсутствием опыта отчётности по библиотечной деятельности у тех учреждений, которые ныне обязаны выступать в роли методических центров для КДУ, осуществляющих библиотечное обслуживание. Во многих регионах этим занимаются республиканские, краевые и областные центры народного творчества и досуга. Рядовой пример: в 2011 г. в Ставропольском крае некоторые КДУ, которые имели в качестве структурных подразделений центральные библиотеки и библиотеки-филиалы, при отчете по 7-НК указали только одно подразделение «библиотека», и сеть сразу «уменьшилась» на 24 библиотеки и показала только 3 единицы (по количеству юридических лиц). Но в 2012 г. эти же библиотеки-подразделения отчитались как отдельные сетевые единицы, и сеть «увеличилась» до 27. И такие сетевые метаморфозы не единичны по стране.
По данным ГИВЦ на 1 января 2012 г., в стране было 40,2 тыс. библиотек Минкультуры России (минус 2,3 тыс. библиотек по сравнению с 2011 г.), а по данным мониторинга РНБ реальное состояние сети другое. Библиотек, которые должны отчитываться по форме 6-НК, насчитывалось 36,2 тыс. библиотек (минус 1,8 тыс. по сравнению с 2011 г.), муниципальных библиотек-структурных подразделений КДУ, которые должны отчитываться по форме 7-НК, — 8,9 тыс. единиц (плюс 1,4 тыс.). Общее количество учреждений культуры, осуществлявших библиотечное обслуживание, составило свыше 45 тыс. единиц (минус 448 единиц).
Исходя из данных мониторинга, можно констатировать, что число учреждений культуры, осуществляющих библиотечное обслуживание, почти на пять тысяч больше, чем даёт официальная статистика. Но при этом библиотечная сеть значительно меньше — на 4 тыс. библиотек. Почти 20% библиотек «ушли» в иные учреждения культуры. С нашей точки зрения, это уже развал библиотечной сети страны!
«Оптимизация» в анфас и профиль
Главными факторами, оказавшими влияние на трансформацию региональных библиотечных сетей, стали оптимизация бюджетных расходов и правовое реформирование, связанное с присвоением муниципальным библиотекам статуса юридического лица.
Оптимизация сети осуществляется путём её реструктуризации и закрытия так называемых неэффективных библиотек. Прежде самостоятельные библиотеки объединяют или, как пишут коллеги, «интегрируют». Публичные детские библиотеки «сливают» со школьными, детские и юношеские — с библиотеками для взрослых. Этот процесс идёт активно и повсеместно: в муниципальных районах и городских округах, в городских и сельских поселениях. Не остались в стороне и центральные региональные библиотеки. К универсальным научным библиотекам присоединяют другие республиканские и областные библиотеки: детские, юношеские, специальные для незрячих и слабовидящих. Объединения уже проведены в республиках Бурятия и Саха (Якутия), Белгородской, Томской и Пензенской областях. Продолжается слияние областных детских и юношеских библиотек (в 2012 — в Кировской области). В процессе укрупнения ранее самостоятельные библиотеки становятся подразделениями (отделами) других библиотек.
Оптимизация сети по принципу «в одном муниципальном образовании — одно учреждение культуры со статусом юридического лица» привела к переводу библиотек в подразделения учреждений клубного типа. Причём переводят не только библиотеки сельских поселений, но и центральные библиотеки муниципальных районов, городских поселений. В процессе оптимизации межпоселенческие центральные библиотеки в некоторых регионах теряют статус юридического лица, а сельские, наоборот, получают.
В «дооптимизационные» годы первопричиной закрытия библиотек регионы называли демографическую: сокращение численности населения, и, соответственно, уменьшение жителей в зоне обслуживания библиотек, особенно в сельской местности. Сейчас эта по-прежнему актуальная проблема ушла на второй план, на первое место вышла другая — оптимизация бюджетных расходов. Закрытие библиотек напрямую связано с дефицитом или отсутствием бюджетных средств у муниципального образования на их содержание, комплектование фондов, заработную плату (республики Бурятия, Кабардино-Балкарская, Марий Эл, Пермский край, Костромская, Курская, Тверская области и др.). Зачастую финансирование на библиотечное обслуживание одного жителя ниже стоимости одной книги, поэтому нет полноценного комплектования, нет подписки на периодические издания, нет денег на подключение к интернету, оплату трафика и т. п.
С мест сообщают, что библиотеки закрывают из-за ветхого и аварийного состояния зданий; отсутствия помещений, соответствующих противопожарной безопасности и функциональному назначению; нет средств на арендную плату (Республика Чувашия, Забайкальский и Пермский края, Архангельская, Самарская области и др.). Где-то истёк срок безвозмездного пользования помещением и получен отказ в продлении аренды. Отмечается «тенденция передачи помещений, в которых располагались библиотеки, другим учреждениям, без предоставления библиотекам других альтернативных вариантов размещения» (Архангельская, Волгоградская, Оренбургская области и др.). Всё чаще главы сельских поселений практикуют временное закрытие библиотек или перевод их в режим работы на неполный день (Калининградская, Костромская, Нижегородская, Оренбургская, Тверская, Ульяновская области и др.). Иногда подобные мероприятия осуществляются по устному распоряжению главы поселения (Волгоградская область). Только в Псковской области 80% сельских библиотек-филиалов работают в сокращённом режиме. В Липецкой среди библиотек, работающих неполный рабочего день, есть такие, которые имеют в зоне обслуживания от 500 до 1000 жителей и даже больше.
В условиях такой оптимизации очень часто закрытие основывается не на том, что библиотеки не нужна людям, а на том, что «нецелесообразно» её содержать с точки зрения местной власти: «нерентабельная», «неэффективная» (Алтайский и Пермский края Астраханская, Свердловская области и др.). Такие формулировки часто относятся к маломощным, не имеющим достаточной ресурсной и материально-технической базы библиотекам. Но кто несёт ответственность за доведение библиотек до такого состояния?
В 2013 г. новым почином для оптимизации сети стало изыскание средств на повышение оплаты труда, в том числе за счёт сокращения штата библиотечных работников. Но надо понимать, что сокращение штата библиотекарей, большая часть которых трудится в сельской местности и зачастую на 0,5 или на 0,25 ставки, означает одно — их полное закрытие.
Сокращение библиотечной сети стало обычным явлением только для последних двадцати лет. До этого закрытие библиотеки расценивалось властью как чрезвычайное происшествие. По данным ГИВЦ, в 2002 г. в стране действовало почти 50 тысяч библиотек, и эти цифры не вызывают сомнений, потому что форма 7-НК на библиотечное обслуживание не распространялась. За годы оптимизации, исходя из данных мониторинга РНБ, количество учреждений, оказывающих библиотечную услугу, сократилась почти на 4 тысячи единиц, а сеть библиотек — на 13 тысяч.
В 2012 г. библиотеки были открыты только в 4 регионах, и в 18 удалось сохранить сеть без изменений, а в большинстве субъектов федерации произошло сокращение учреждений культуры, осуществляющих библиотечное обслуживание. Значительные сокращения сети отмечены в Архангельской области (минус 53 библиотеки), в Пермском крае и Тульской области (минус 23 библиотеки в каждом регионе), в Костромской области (минус 20 библиотек) и др. Как видим, речь идёт не о единичных случаях, а о массовом закрытии библиотек.
Но может быть, иначе обстоит ситуация с внестационарными формами библиотечного обслуживания? Как известно, передвижки, пункты выдачи, книгоношество, подворные обходы и др. могут как-то поправить ситуацию: увеличить охват населения, привлечь в библиотеку новых пользователей, улучшить качество обслуживания жителей отдаленных населённых пунктов, повысить доступность библиотечных услуг в сельских поселениях. Но нет, и здесь более чем в 20 регионах наблюдается сокращение основной формы обслуживания — пунктов выдачи: Нижегородская (минус 102), Амурская (минус 61), Волгоградская (минус 58), Псковская (минус 46), Тамбовская (минус 45) Липецкая (минус 40) области, Краснодарский край (минус 36)… Кроме уменьшения количества населения и ликвидации организаций, в которых были передвижки, причинами закрытия пунктов выдачи давно стали отсутствие транспорта, недостаточное количество литературы, пользующейся спросом.
В нынешних условиях сложно консолидировать усилия всех, вовлечённых в сферу библиотечного обслуживания. Распылённость библиотек по разным учреждениям и учредителям привела к разрушению целостности региональных библиотечных систем и сетевого характера организации библиотечного обслуживания в стране. В какие иные учреждения культуры, в том числе многофункциональные, ушли библиотеки на правах структурных подразделений (отделов, «библиотечных комплексов», пунктов выдачи) и стали отчитываться по форме 7-НК? Их более тридцати видов, а именно:
• библиотечно-досуговые комплексы (Еврейская автономная область);
• библиотечно-информационно-досуговое объединение (Орловская область);
• библиотечно-музейное объединение (Псковская область);
• библиотека-клуб (Псковская область);
• дома культуры (Республика Мордовия, Сахалинская, Тюменская область, Ненецкий автономный округ и др.);
• дома досуга и творчества (Республика Мордовия);
• информационно-библиотечное социально-культурные объединения (Томская область);
• информационно-досуговые центры (Забайкальский край);
• клуб-библиотека (Костромская, Псковская, Свердловская области);
• культурно-досуговые учреждения (Самарская область);
• культурно-досуговые центры (Республика Мордовия, Алтайский край, Архангельская. Мурманская, Орловская, Самарская, Смоленская, Тюменская области, Ханты-Мансийский автономный округ и др.);
• культурно-информационные досуговые центры (Республика Бурятия);
• культурно-информационные центры (Кировская область);
• культурно-спортивные комплексы (Томская область);
• многофункциональные социокультурные комплексы (Томская область);
• образовательно-культурно-спортивные комплексы (Республика Бурятия);
• социально-культурные и информационные центры (Республика Саха (Якутия);
• социально-культурные объединения (Краснодарский, Ставропольский края);
• центры досуга и библиотечного обслуживания (Кировская область);
• центры информационно-библиотечного и музейного обслуживания (Тюменская область);
• центры культурного обслуживания (Ханты-Мансийский автономный округ);
• центры культуры (Республика Мордовия, Тюменская область);
• центры культуры и досуга (Волгоградская, Самарская, Тюменская области);
• центры культуры и спорта (Ханты-Мансийский автномный округ);
• центры культуры, молодёжной политики и спорта (Самарская область);
• центры предоставления государственных и муниципальных услуг (Архангельская область);
• центры развития культуры (Республика Чувашия, Свердловская область);
• учреждения «Культуры, библиотечного обслуживания и туризма» (Краснодарский край);
• учреждения «Культура» (Томская, Тюменская область).
Но такая пестрота — это не признак многообразия в сфере культуры, а скорее свидетельство хаоса и распада. При чтении названий гибридных учреждений культуры сталкиваешься с пренебрежением к русскому языку и здравому смыслу…
Порой в решениях муниципальных органов об оптимизации (или упорядочении) библиотечной сети указывается: «библиотека перепрофилирована в территориально-обособленное подразделение центра досуга». Сегодня именно обособленность и разобщённость учреждений культуры, осуществляющих библиотечное обслуживание населения в рамках одного муниципального образования, региона и в масштабах всей страны, приводят к распаду профессиональных системных связей. Полная или частичная утрата региональными, межпоселенческими и иными центральными библиотеками координирующих и методических функций отрицательно влияет на эффективную работу каждой «низовой» библиотеки.
В 2012 г. тенденция перевода библиотек в иные учреждения культуры усилилась. Число библиотек, утративших статус юридического лица и потерявших самостоятельность, по сравнению с 2011 г. увеличилось почти на полторы тысячи. Активно этот процесс проходил в республике Бурятия, Ставропольском крае, Воронежской, Самарской и Тульской областях. Здесь сотни библиотек «ушли» в клубную сеть. Лидерами по количеству библиотек-структурных подразделений КДУ являются Липецкая область (86% от всей сети учреждений культуры, оказывающих библиотечную услугу), Чувашская республика (72%), Ивановская область (61,2%), Иркутская область (53,4%), Волгоградская область (52,9%) и др.
По мнению специалистов из регионов, библиотеки-подразделения КДУ постепенно «выпадают» из библиотечного пространства, переходят на режим и план работы досугового учреждения. Порой к должностным обязанностям библиотекарей добавляются функции клубных работников: обязательное участие в художественной самодеятельности и смотрах-конкурсах, разработка сценариев клубных мероприятий, выполнение других непрофильных работ. Это приводит к сокращению времени на обслуживание читателей. Ещё хуже ситуация там, где функции библиотекаря предусмотрены всего лишь в объёме 0,5 ставки и зачастую выполняются по совместительству зав. ДК или клубным работником. Здесь тормозятся процессы внедрения и использования электронных услуг, не осуществляется библиотечно-информационное обслуживание пользователей с использованием новых информационных технологий. Такая «приклубная» библиотека, как правило, деградирует до уровня пункта выдачи ветхих и устаревших книг. Всё это сказывается на эффективности обслуживания населения, на трудовой мотивации персонала и моральном состоянии библиотечных специалистов.
Проблема доступности библиотечных услуг затронула интересы многих людей, особенно сельских жителей. Можно говорить о недоступности библиотечных услуг и снижении охвата населения библиотечным обслуживанием ввиду не соблюдения социальных нормативов обеспеченности населения библиотеками. В Липецкой области библиотечным обслуживанием не охвачены свыше 39 тыс. жителей, проживающих в 317 сёлах и деревнях, что на 24 населённых пункта больше в сравнении с прошлым годом. В Архангельской области почти 20 тыс. жителей лишены возможности пользоваться библиотеками. Что происходит в целом по стране, ещё предстоит разобраться.
Начать — с возрождения
Но есть и положительные тенденции, на которые можно опереться. Самая оптимистическая — это возврат «структурных подразделений» в библиотечную сеть и рецентрализация библиотек. Эти процессы отмечены во многих регионах (Бурятии, Алтайском, Краснодарском и Красноярском краях, Волгоградской, Орловской, Оренбургской, Свердловской, Тамбовской областях, Ханты-Мансийском автономном округе).
Процессы рецентрализации и децентрализации в регионах зачастую происходят одновременно: в одних муниципалитетах идет укрупнение и укрепление библиотечных систем, библиотекам возвращают статус юридического лица, а в других — библиотечные объединения ликвидируются, библиотеки включаются в культурно-досуговые комплексы (Иркутская, Калининградская, Орловская и др. области). Единой политики в этом вопросе нет ни в регионах, ни на уровне страны.
Проблемы, связанные с организацией качественного библиотечного обслуживания, комплектованием и обеспечением сохранности фондов заставляют власти восстанавливать централизованные библиотечные системы. Появились правовые основания для решения проблемы финансирования ЦБС из бюджета района. В 2012 г. Министерство культуры Российской Федерации выступило с законодательной инициативой о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части передачи полномочий в сфере культуры с уровня сельского (городского) поселения на уровень муниципального района. Соответствующие изменения в ФЗ-131 уже внесены следующими актами: ФЗ-244 от 03.12.2012 «О внесении изменений в Бюджетный кодекс РФ и отдельные законодательные акты РФ» и ФЗ-104 от 07.05.2013 «О внесении изменений в Бюджетный кодекс и отдельные законодательные акты РФ в связи с совершенствованием бюджетного процесса». Вопросы получения финансовой помощи местным бюджетам из бюджетов других уровней регулируются ст. 62 и ст. 63 ФЗ-131, а осуществление администрацией муниципального района полномочий местной администрации поселения ст. 15 ФЗ-131. Известно, что уже в 2013 г. региональными органами управления культурой в отдельных субъектах федерации начата работа с администрациями муниципальных районов по проведению рецентрализации.
Модель организации библиотечного обслуживания на основе единой сетевой инфраструктуры и интеграции ресурсов остаётся эффективной. Устойчивость к негативным процессам (перевод библиотек в КДУ, дублирование технологических процессов, ослабление методических связей и др.) проявилась в тех регионах, где удалось полностью или в значительной степени сохранить ЦБС, а именно: в Белгородской, Владимирской, Калужской, Кемеровской, Рязанской, Смоленской областях и ряде республик. Одним из способов противостояния распаду сети выступает создание небольших библиотечных систем, объединяющих 3–4 библиотеки. Такой опыт есть в Красноярском крае и Томской области. В настоящее время существуют разные варианты муниципальных библиотечных объединений, которые действуют в структуре юридического лица:
• централизованные библиотечные системы в городских округах и муниципальных районах;
• библиотечные системы, объединяющие несколько библиотек в муниципальных районах и городских округах;
• центральные библиотеки городских и сельских поселений, имеющие структурные подразделения (филиалы);
• межпоселенческие (центральные) библиотеки в муниципальных районах, имеющие структурные подразделения (филиалы) в сельских поселениях;
• сельские поселенческие библиотеки, наделённые статусом центральной библиотеки и объединяющие несколько библиотек (филиалов) других сельских поселений, входящих в одно муниципальное образование.
Нужно отметить, что в профессиональной лексике вместо термина «библиотека-филиал» всё чаще употребляется «территориально обособленное структурное подразделение» и «удалённое структурное подразделение» (Костромская, Рязанская области). Еще предстоит изучить опыт работы многофункциональных центров культуры Тюменского региона. Здесь в центры культуры на равных правах входят библиотеки, клубы, музеи. Библиотеки, войдя в такие центры, имеют определённую самостоятельность, закреплённую в уставах, и отчитываются по 6-НК.
Учитывая сложность нынешней ситуации и важность развития механизмов сетевого взаимодействия, методисты региональных библиотек предлагают и такие варианты: «для того чтобы качественный уровень библиотечного обслуживания не снижался, необходимо, чтобы процесс перехода сельской библиотеки в состав культурно-досугового центра происходил на основе заключенного между администрацией поселения и администрацией района соглашения о передаче полномочий по комплектованию, методическому и информационно-библиографическому обеспечению на уровень межпоселенческой библиотеки» (Курская область).
Время требует осмысления путей сохранения и развития региональных библиотечных сетей. Для этого профессиональному сообществу и руководителям Минкультуры России необходимо выработать новый взгляд на организацию библиотечного обслуживания в территориальном аспекте. Необходимо навести порядок в государственной статистике. Возможно, есть смысл отказаться от отчётности по 7-НК и ввести отчётность по библиотечному обслуживанию в стране по единой форме (разработанной на основе 6-НК) по типу отчётности по инновационной деятельности. Стоит признать, что библиотечную услугу оказывают разные учреждения культуры, в том числе многофункциональные комплексы, которые нельзя отнести к какой-либо одной форме отчётности. Быть может, тогда не будут звучать претензии к Минкультуры России о нерепрезентативности статистических данных по библиотечному обслуживанию на ежегодных совещаниях директоров федеральных и региональных библиотек. Очевидно, что «кривые» цифры по сети «тянут» за собой статистические казусы по подключённости библиотечных сетевых единиц к интернету, по комплектованию и финансированию библиотек и другим показателям. Понятно, что решение проблемы отраслевой статистки в компетенции Минкультуры России, но прежде профессиональному сообществу нужно выработать единые подходы, отвечающие вызовам времени.
Эффективная организации библиотечного обслуживания возможна только на основе сетевого взаимодействия с охватом населения всей территории страны, каждого региона. О каком инновационном развитии библиотек может идти речь, если нет основы — эффективной библиотечной сети?
Нужно использовать действующие правовые механизмы и вернуться к практике, когда соблюдаются «Закон о библиотечном деле» и рекомендательные документы Правительства РФ и МК РФ по организации библиотечного обслуживания и обеспеченности субъекта федерации библиотеками. Согласно Распоряжению Правительства РФ от 23.11.2009 №1767-р для минимальной обеспеченности библиотечным обслуживанием населения муниципального района предусмотрено создание на уровне района библиотек трёх типов: межпоселенческая библиотека, детская библиотека и юношеская библиотека (допускается, что детские и юношеские могут быть как самостоятельными, так и объединёнными библиотеками, либо отделами при центральной районной библиотеке). Здесь же: «общим требованием к организации библиотечной системы в сельских поселениях является обязательное обеспечение возможности получения библиотечных услуг во всех населённых пунктах, в том числе с малой численностью жителей (менее 500 человек)». Но везде ли это требование выполняется?
Центральным региональным библиотекам как методическим центрам нужно обосновано формулировать потребности в библиотеках и библиотечных пунктах, так как от оптимального размещения библиотечной сети в муниципальных образованиях зависит организация библиотечного обслуживания жителей региона. Важно побуждать власть к открытию библиотек. Таких примеров в 2012 г. не много, но они есть: Белгородская и Челябинская области, Краснодарский край, Чеченская республика и Хакасия. Примечательно: в небольшом хакасском селе Конгарово для ста своих односельчан глава поселения открыл библиотеку. Да такую, которая обустроена и оснащена лучше районной. И уже на 2014 год получил по гранту миллион рублей. В Забайкалье есть пункты выдачи, открытые «по просьбе жителей». Значит, есть у людей потребность читать, общаться и развивать свою информационную грамотность. А властям всех уровней необходимо оперативно реагировать на запросы населения.
Но и нам самим нужно понимать, что нельзя отказываться от традиционного предназначения библиотеки, увлекаясь техническими инновациями и красивыми вывесками наподобие «Библиотечное учреждение «Престиж» (Тюменская область) или «информационно-досуговый центр «Успех» (Забайкальский край). Не забудем: сохранение культуры, передача знаний, просвещение — вот основное предназначение библиотеки, а не сиюминутный рекламный досуговый трюк или что-то ещё в этом роде….
Как отмечают коллеги, несмотря на падение основных показателей деятельности библиотек, даже без учёта обращения к сайтам, количество реальных посещений библиотек в несколько раз больше, чем клубов, театров, музеев и архивов вместе взятых. Зачем же отказываться от библиотек и объявлять их морально устаревшим социальным институтом? Чтобы заниматься вопросами «инновационного развития и повышать качество библиотечного обслуживания», которые ставит перед библиотеками государство, необходимо начать с возрождения сетевой организации библиотечного обслуживания, где важна каждая боевая единица — общедоступная библиотека. И первым реальным шагом наступающего Года культуры в России может стать объявление на государственном уровне моратория на закрытие публичных библиотек.
Маргарита Борисовна Аврамова, заведующая сектором научно-методического отдела библиотековедения РНБ, Санкт-Петербург