Научно-популярная литература вообще и детский нон-фикшн, в частности, не так часто, к сожалению, привлекают к себе общественное внимание.
О таком положении дел косвенно свидетельствует, например, эволюция названия и концепции одной из крупнейших российских книжных выставок. Задуманная изначально как Non-fiction (вся «нехудожественная» литература), выставка после нескольких лет существования стала именоваться Non/fiction (то есть включила в сферу своего внимания и художественную литературу тоже): очевидно, что общественного интереса к собственно нон-фикшн для проведения масштабного мероприятия оказалось недостаточно.
Между тем статистические данные о выпуске научно-познавательных книг, по крайней мере, детских, дают очень интересный материал для размышлений. В начале 2014 г. Российская книжная палата опубликовала ежегодный отчёт об издании в России детской литературы — книг и брошюр. Согласно этим данным, за весь 2013 г. российскими издателями было выпущено 10 950 названий детских книг общим тиражом 98 501,8 тыс. экземпляров. Из этих книг и брошюр на научно-познавательную литературу пришлось 3947 названий общим тиражом 44 125,7 тыс. экз., на художественную — 7003 названий общим тиражом 54 376,1 тыс. экз. Это означает, что, если считать поштучно, 45% выпущенных в 2013 г. детских книг относились к научно-познавательной, 55% — к художественной литературе.
Соотношение 45/55 — это почти деление пополам, но признайтесь, положа руку на сердце, много ли детских научно-познавательных новинок вы вспомните? При этом о детской художественной литературе всем найдётся, что сказать: и юным читателям, и их родителям, и, конечно, библиотекарям. Художественные книги обсуждают и рецензируют, о них спорят, они на слуху и на виду — как современные произведения, так и любимая еще бабушками-дедушками классика. А что же с энциклопедиями и вообще с научно-познавательной литературой? Судя по тиражам, эти книги покупают и читают… Но как-то странно — молча! Почему?
Рискну высказать гипотезу. Художественная книга, фикшн (от англ. fiction — «выдумка, вымысел»), — это сочинение, результат творческой деятельности некоего автора, сочинителя. Он на глазах читателя творит новую реальность, вступающую в какие-то отношения с нашим миром, и читатель на эту ситуацию активно реагирует: он может сравнивать (похоже/непохоже, правдоподобно/неправдоподобно), анализировать, выносить оценочные суждения (понравилось/не понравилось), одним словом, готов вступать с автором и его произведением в какой-то диалог. А у литературы нон-фикшн («не-вымысла», «не-сочинения») подобной ситуации нет. Книге нон-фикшн даже и автор вроде бы не нужен — это же не сочинено, не вымышлено, это всё «правда». Возможно, именно в этом кроется причина того, что о научно-популярной литературе говорят мало: что обсуждать — авторский замысел, сюжет, образы героев? Прочитали познавательную книгу, узнали, «как всё есть на самом деле», ну и о чём тут ещё говорить? Итак, нон-фикшн обычно не обсуждают, потому что не находят как самого предмета обсуждения («спорить не о чём»), так и потенциального собеседника (автора).
А начиналось всё совсем не так…
Подтверждением гипотезы может служить то обстоятельство, что практически все разговоры, возникающие о научно-познавательной литературе, ведутся вокруг так называемого проектного, авторского нон-фикшн. Если научно-популярная книга демонстрирует парадоксальную точку зрения, берётся оспорить общепринятое мнение, у её автора есть шанс быть замеченным и оцененным, найти сторонников и оппонентов. Если же книга стремится понятным языком рассказать ребёнку о том, что «каждый взрослый знает», — и прекрасно справляется с этой задачей, многие ли родители возьмут на себя труд узнать имя её автора, поговорить с ребёнком о книге — именно что поговорить о самой книге, а не проверить, хорошо ли усвоены изложенные в ней сведения?
А ведь раньше было по-другому… Нам трудно сегодня в это поверить, но самые первые сведения об авторе (имя, местообитание, семья, жизненные обстоятельства) в мировой литературе появились именно в тексте нон-фикшн. Речь идет о Гесиоде, древнегреческом поэте, жившем в VIII–VII вв. до н. э. Именно Гесиод (а вовсе не Гомер!) впервые назвал своё имя — имя автора — в тексте произведения:
Песням прекрасным своим обучили они Гесиода
В те времена, как овец под священным он пас Геликоном, —
так писал он в поэме «Теогония» («Происхождение богов»). «Они» — это Музы, богини искусства, а «прекрасные песни» муз — дидактическая литература, нон-фикшн, как говорим мы сегодня. В другой поэме, «Труды и дни», Гесиод описал свою семью, рассказал о тяжбе с братом: как сказали бы сейчас, ввёл в научно-популярную литературу автобиографический элемент.
Ещё один знаменитый древний автор нон-фикшн — римлянин Лукреций — в поэме «О природе вещей», предвосхищая вопрос читателя о том, зачем он пишет о науке стихами, раскрывал, говоря современными словами, свой творческий метод:
Если ребёнку врачи противной вкусом полыни
Выпить дают, то всегда предварительно сладкою влагой
Жёлтого меда кругом они мажут края у сосуда;
И, соблазнённые губ ощущеньем, тогда легковерно
Малые дети до дна выпивают полынную горечь;
Но не становятся жертвой обмана они, а, напротив,
Способом этим опять обретают здоровье и силы.
Так поступаю и я.
Писатель стремится облегчить читателю восприятие непростого философского учения, «как бы приправив его поэзии сладостным мёдом».
Словом, древний автор-популяризатор в своих текстах заметен, он может напрямую заговорить с читателем и о себе самом, и о науке, изложение которой стремится сделать не только доступным, но и приятным.
Автора! Автора!
Каков же автор современный? Ну пусть не совсем современный, пусть хотя бы автор книг из нашего детства? На память приходит несколько имён — это писатели, чьими книгами зачитывались несколько поколений — и мы, и наше родители, и даже наши бабушки и дедушки. Геохимик Александр Ферсман, автор легендарной «Занимательной минералогии»; филолог Лев Успенский и его книги «Слово о словах», «Ты и твое имя», замечательные русские писатели-натуралисты — Виталий Бианки, его ученики и последователи Святослав Сахарнов и Николай Сладков, многие другие, всех не перечислишь. И, конечно, блистательный популяризатор естественных наук Яков Исидорович Перельман. Именно Перельман, автор «Занимательной физики», «Занимательной механики», «Занимательной геометрии», «Занимательной астрономии» и десятков других книг, сформулировал само понятие «занимательной науки», ставшее ключевым для советских популяризаторов.
В 1939 г. Перельман написал статью «Что такое занимательная наука». В ней он размышлял, в частности, о необходимости учиться видеть удивительное в обыденном, о приеме парадокса как о способе «увлечь» наукой: «Чтобы преодолеть косность рутинного мышления, чтобы привлечь внимание к чересчур знакомым предметам, надо показать их в новом свете, раскрыть незнакомые стороны. <>…парадоксы подстрекают любознательность, обостряют интерес, а где есть интерес, там широко открыты ворота для новых восприятий, новых знаний».
Однако большинство книг, написанных в русле популяризаторской «занимательности», обращены к взрослой аудитории и подросткам. Использовать парадоксы, ломать стереотипы можно, когда базовые знания о мироустройстве уже получены.
А как быть с читателями помладше, чья картина мира ещё только формируется? Советские популяризаторы в таком случае нередко использовали в научно-познавательных книгах элементы фикшн. Так было в «Приключениях Карика и Вали» Яна Ларри: волшебным образом уменьшившиеся дети отправляются в фантастическое путешествие, во время которого узнают много нового о насекомых и различных растениях. Успешным и плодовитым научно-популярным писателем был Александр Волков, автор сказок о волшебнике Изумрудного города. Из более поздних примеров можно привести цикл В. Лёвшина и Э. Александровой о Магистре рассеянных наук: в этих сказочных приключениях людей и чисел главная роль отводится математике. Не так давно цикл был переиздан, и оказалось, что он не утратил актуальности и привлекательности для юных читателей.
«Рассказ о неизвестном герое»
Да, блистательные имена, замечательные книги! Но что же сейчас? Вернёмся к уже обозначенной проблеме «молчаливого чтения» нон-фикшн. Научно-познавательных книг сегодня издаётся много, они и правда востребованы, но применять к ним те же критерии оценки, что и к бестселлерам прошлых лет, нельзя. Они действительно другие — они написаны для других (заметно помолодевших) читателей и решают совершенно другие задачи. Если нон-фикшн прошлого века обычно называли «научпопом» — научно-популярным чтением, то для современных детских книг чаще используют другое обозначение: «научно-познавательная литература». Разница существенная: если в первом случае речь идёт о популяризации науки в духе концепции Перельмана, то во втором — о формировании у ребёнка научной картины мира и расширении его кругозора. Хотя разрыва с традициями старого научпопа у современной познавательной литературы, безусловно, нет: и главное в преемственности двух этих направлений нон-фикшн я бы видела в том, что Перельман относил к важнейшим характеристикам «занимательной науки»: «приемы её не исключают работы ума слушателя, а, напротив, побуждают мысль работать».
И автор современного нон-фикшна — это уже не обязательно эффектный лектор и демонстратор занимательных опытов, он человек скорее камерный. Это, конечно, учёный, причём эрудированнейший, литературно одарённый, наделённый педагогическими способностями, любящий и понимающий детей и готовый с ними работать: ясно, доступно и неутомимо рассказывать то, что взрослым уже знакомо и скучно, и сохранить при этом свежесть чувств, позволяющую переживать вместе с маленькими читателями радость открытия мира.
Я хочу познакомить вас с одним таким «неизвестным героем», благо и повод есть. В отчёте РКП, на который я уже ссылалась, приводятся не только данные о наименованиях и тиражах книг, изданных в 2013 г., но и рейтинг «самых тиражных» детских авторов прошедшего года. И вот, в двадцатке «наиболее издаваемых авторов по детской литературе в 2013 году» на 12-м месте, после А. С. Пушкина и перед В. Ю. Драгунским, стоит Ирина Владимировна Травина — «28 названий, 431,5 тыс. экз.». Без малого полмиллиона книг Травиной вышло только в 2013 году! Возможно, не все читатели вспомнят имя автора, но, увидев все 28 детских энциклопедий (многие их них вышли, кстати, в издательстве «РОСМЭН»!), наверняка найдут среди них те, которые уже прочитали и, конечно, полюбили. Биолог с блестящим университетским образованием; научный журналист, пишущий, помимо прочего, и для журнала «Вокруг света»; неутомимый путешественник, объехавший полмира; специалист с разнообразным опытом работы — от заповедника на далёком острове Врангеля до Московского зоопарка… Писатель, художник, переводчик, научный консультант, редактор, настоящий человек-оркестр — вот такой он, современный автор научно-познавательных книг, рассказывающий детям о том, как устроен мир.
Автор… и другие. И ещё издатель
Однако применительно к современной научно-познавательной литературе нужно, наверное, говорить не об одном авторе (человеке, написавшем текст), а о множестве со-авторов, о большом коллективе специалистов, работающем над книгой. В разработке энциклопедии участвуют и автор текста книги, и художник, и большой редакторский коллектив: дизайнер, несколько разных редакторов — ответственный редактор, художественный, литературный, научный, даже технический. Типичная концепция современной детской книги — это сложный дизайнерский макет, многоуровневый текст, несколько видов иллюстраций, различные типы связей между текстом и иллюстрациями. При современном уровне углублённой специализации одному человеку создать книгу практически невозможно, нужна кооперация нескольких профессионалов высочайшего класса.
Ещё одна из примет современности — это усиление роли издателя в формировании облика детской научно-познавательной литературы. (Впрочем, мы, современные издатели, уверены, что не совершаем революции в книжном деле, а просто продолжаем традиции, заложенные ещё в XVIII веке великими французскими энциклопедистами — составителями, авторами и редакторами «Энциклопедии, или толкового словаря наук, искусств и ремесел» Дидро и Д’Аламбером.) Как раньше, наверное, записывались в библиотеке в очередь «на Перельмана», так теперь ищут не просто «что-нибудь про животных», а энциклопедию определённого издательства. Если научно-познавательную книгу выпустило такое издательство, как, например, “Dorling Kindersley” или “Usborne”, — это гарантия качества не только для англичан, но и для читателей всего мира. Немецкое “Tessloff” тоже в представлении не нуждается: его серия детских энциклопедий “Was ist Was” стала мировым бестселлером (в нашей стране она выходила под названием «Что есть что»). Российские читатели до сих пор, наверное, помнят серию энциклопедий издательства «Аванта». «РОСМЭН» с самого момента своего возникновения специализируется на детских энциклопедиях, и за двадцать с лишним лет существования нашего издательства его имя на обложке стало для читателей знаком качества.
Почему же так важна роль издательства? Потому что как только мы от отдельной, уникальной книги переходим на уровень серии, большого энциклопедического проекта, знаний и возможностей одного автора, одного учёного, одного специалиста становится недостаточно. К разработке и изданию качественной современной энциклопедии необходимо привлечь и ученых, и писателей, и научных консультантов, и литературных редакторов, и художников, и фотографов, и педагогов, и даже детских врачей. И это не говоря уже о том, что неплохо бы еще и постоянно проводить исследования, ставящие целью выяснить, какие темы актуальны для современных детей, о чем им интересно и нужно узнать. Так, несколько предложений для издания новых книг в нашей популярнейшей серии «Детская энциклопедия РОСМЭН» я получила в прямом эфире одной из радиостанций, задав слушателям вопрос, какие книги им нужны. Нам тогда «заказали» энциклопедии «Футбол» и «Деньги». Вот, даже услугами радиовещания пользуемся при создании книг!
Вот как мы это делаем!
Как же создаются сегодня научно-познавательные книги? Иногда в редакцию поступает рукопись — авторское предложение, и мы, прочитав её, понимаем, что нам она подходит и у нашего издательства с этим автором может получиться хорошая книга. Иногда книги издаются по какому-либо поводу. У издателей есть даже такой термин — «датская» книга, то есть выпускаемая к какой-либо памятной дате. Например, в 2012 г. вышло несколько замечательных книг, посвящённых двухсотлетию Отечественной войны, Бородинского сражения. Иногда всплеск интереса к той или иной теме вызван вещами совершенно неожиданными. Так, популярность в России восточного календаря в течение нескольких лет вызывала буквально шквал интереса к энциклопедиям «Драконы», «Змеи», «Лошади».
А иногда издательство по собственной инициативе становится разработчиком концепции научно-познавательной серии. Мы определяем возраст читателей, состав серии, придумываем, каким будет макет, каких специалистов мы позовём для работы над этими книгами. Осуществить проекты такого рода — масштабные, длительные, многодельные — и выдержать высокую планку качества вряд ли под силу отдельному человеку, это может сделать только специализированное издательство.
Чтобы проиллюстрировать общие рассуждения конкретным примером, предлагаю сравнить интерпретацию одной и той же темы в нескольких научно-познавательных сериях с разными концепциями. В качестве материала исследования я возьму книги, издающиеся в «РОСМЭНе». Называются они одинаково — «Птицы». Посмотрим, как эта тема раскрывается в четырех сериях росмэновских энциклопедий, предназначенных для детей от 3 до 11 лет.
Я привела цитаты из четырёх книг наших популярнейших научно-познавательных серий. Очень хотелось провести экскурсию по нашей издательской «кухне» и показать, «как создается научпоп».
Заветная мечта…
Французским философам эпохи Просвещения двести с лишним лет назад удалось изданием «Энциклопедии» изменить современное им общество и в конечном сете изменить мир. «Книгу о разнообразии мира» великого путешественника Марко Поло взял с собой в плавание Христофор Колумб. Говорят, он сделал в ней более 70 пометок… Мечта любого издателя — делать книги, которые позовут людей к новым открытиям, которые помогут им изменить мир к лучшему. Энциклопедии, научно-познавательные книги, которые расширяют границы детских горизонтов, первыми рассказывают юным читателям о красоте и разнообразии мира, — это ведь и есть те самые книги. Создавать их — и большая радость, и огромная ответственность. Нам, издателям, не обойтись в этом благородном деле без помощи учёных, детей, родителей и, конечно, без вашей помощи. Ведь никто лучше библиотекаря не знает, какая книга хорошая, а какая нет, какая больше подходит тому или иному читателю. Наверняка у вас есть идеи и по поводу научно-познавательной литературы, наверняка вы может посоветовать и подсказать нам что-то. Пожалуйста, поделитесь с нами своими знаниями и опытом, помогите нам сегодня делать книги, способные завтра изменить мир!
Елена Широнина, директор по проектам издательства «РОСМЭН»