Место встречи изменить нельзя. Ещё раз о будущем библиотек

Даная статья представляет собой пост в Facebook и является откликом на одну из публикаций, появившихся в журнале «Университетская книга».
Очень расстроила публикация Е. Н. Гусевой в «Университетской книге». (http://www.unkniga.ru/biblioteki/bibdelo/359-chto-gdet-biblioteki.html). Создаётся ощущение, что «команда
В. Степанова» просто никогда всерьёз не изучала историю публичной библиотеки. В каком-то пренебрежительном тоне они размышляют о вынужденном характере использования публичными библиотеками «досуговых форм». Да эти так называемые формы массовой работы всю жизнь использовались библиотекой в просветительских целях!
Посмотрите историю той же Тургеневки, той же Чеховки, Некрасовки в Москве — эти библиотеки первыми открывали будущих знаменитых поэтов-шестидесятников (это было ещё до их выступлений в Политехническом, у памятника Маяковского). Помогала в этом библиотека Бюро пропаганды художественной литературы при Союзе писателей — был такой орган. Вера Вадимовна (В. В. Мурзинова — директор библиотеки им. А. П. Чехова, участник дискуссии в Facebook) может рассказать молодым, как к её предшественникам в конце 1950-х прислали никому не известного худенького юношу со странной «японской» (как выразилась одна читательница) фамилией — Окуджаву. И о знаменитой гитаре с его автографом, которую рано или поздно члены семьи А. Смирновой передадут в музей библиотеки. И юная Елена Камбурова первые свои песни пела в Некрасовке в начале 1960-х гг. Я сама это помню.
И в детских библиотеках всегда пели и плясали, занимались в кружках бальных танцев, изографики и пр. и пр.
Это наше горе-теоретики с начала 1990-х как мантру повторяли: «Библиотека — центр информации», не зная, что ПБ всегда была полифункциональным социально-культурным институтом: и центром общения, и местом интеллектуальных встреч, и «свахой», ибо сюда ходили знакомиться друг с другом молодые люди…
Сегодня, когда у креативного класса имеются дома айфоны и айпеды, библиотека им оказывается нужна как площадка для непосредственного «живого» общения, дискуссий, встреч с интеллектуалами, которые не «светятся» по ТV. Умницу О. Седакову не заманишь никуда, но свою знаменитую лекцию о социальной опасности посредственности она впервые прочла в Архангельской областной библиотеке. Вот и презентация книги «Апология разума» Ольги Седаковой состоялась в Доме русского зарубежья. Мероприятие задумывалось как встреча-общение, но переросло в небольшую научную конференцию. Говорили о книге, культуре, общемировых проблемах и, кончено же, о разуме.
То же можно сказать о Захаре Прилепине (я и не мечтала попасть на встречу с ним в Тургеневку — слишком много было желающих), Сергее Шаргунове и других писателях-интеллектуалах.
Сегодня проблема свободного времени — одна из острейших. Отсюда и концепция библиотеки-третьего дома, пришедшая к нам с Запада, и исследования современных урбанистов-методологов. Именно поэтому ПБ на Западе трещат от наплыва молодёжи — там у библиотек много проблем, но они решаются. По-умному, с учётом мотивации современной молодёжи.
А у нас кризис библиотек — часть системного кризиса культуры в широком смысле. Сознательно уничтожается образование, библиотеки в таком контексте тоже становятся ненужными. Отсюда эти «замечательные» Законы, принимаемые Думой, постоянно снижаемые расходы на культуру, многократное увеличение штата чиновников.
Отсюда отсутствие национальных программ стимулирования чтения — чем тупее население, тем меньше размышляет, тем легче им манипулировать. И снижение роли бумажной книги никак не связано с состоянием библиотек. Здесь другие, социальные причины, точнее, социально-политические.
К сожалению, никогда так не был велик разрыв между продвинутыми библиотеками и всеми остальными. Даже бедные в материальном отношении ПБ совершают прорывы, когда там работают Личности. Конечно, сегодня чиновник одним взмахом пера может выкинуть вон талантливого директора библиотеки, как это не раз случалось в последние годы. И всё же хоронить библиотеку рано. Пришло новое поколение сотрудников, и среди них есть такие умницы, эрудитки с нестандартным мышлением. Лучшее свидетельство этому — ноябрьская НеКонференция, проведённая екатеринбургскими подвижниками при участии десятков самых-самых креативных библиотекарей. (См. №2 журнала «Библиотечное Дело» за 2012 г.)
Так что прорвёмся. На одном из грустных лотмановских чтений в РГГУ (ещё при жизни основателя Института высших гуманитарных исследований — ИВГИ, академика Е. М. Мелетинского), когда выступали ученики Ю. М. Лотмана, рядом с фамилиями которых стояли названия Центров, в которых они ныне работают (США, Канада, Австралия, Германия…), в ответ на свои вздохи я услышала мудрую фразу: «культура, как трава, прорастает сквозь асфальт». Появятся новые учёные — не могут не появиться… Хотя, несомненно, прервалась «связь времен», что не может не сказаться на качестве гуманитарной науки.
А уж ПБ не погибнет точно — слишком крепко вросла корнями в социальную жизнь.

P.S. Уже после публикации своего поста в Facebook прочитала в «Новой газете» материал заместителя научного руководителя Высшей школы экономики Льва Любимова «Как воспитать новую элиту» с характерным подзаголовком «Новая Россия сбудется только с новым обществом». (№26–27 от 12.03.2012 г. http://www.novayagazeta.ru/comments/51585.html)
Автор статьи делает акцент на роли гуманитарного образования, гуманитарных наук, пропагандистами которых, добавлю я, всегда были публичные библиотеки. Любимов с болью пишет о сегодняшних выпускниках школы и даже вузов, которых отличает примитивный утилитаризм. Имея дело с лучшими выпускниками школ — будущей элитой, которые поступают в престижнейшую ВШЭ, профессор констатирует отрицательный отбор, тенденцию на понижение, о чём свидетельствуют низкие показатели среднего IQ у российского населения.
«Именно гуманитарное образование несёт основную ответственность за развитие у детей интуиции, воображения, ассоциативных связей и в конечном счёте инсайтов, то есть за формирование холистического (синтетического) типа социокогнитивного мышления. Тайна экономических чудес, — заключает Л. Любимов, — исторически опережающих рывков Японии, Китая, Сингапура — именно в этом типе мышления».
По ассоциации вспомнилась история с попыткой выкинуть вон «неприличное» слово «библиотечный» из названия Института в МГУКИ. Не случайно, в «команду В. Степанова», которую упоминает Е. Н. Гусева, входит два выпускника и одновременно преподавателя МГУКИ. Вполне ожидаемый итог многолетней линии на уничтожение гуманитарной составляющей образования в вузе, название которого пока ещё (по ошибке?) содержит другое немодное нынче слово «культура».
Широко известна «классическая» фраза одного из видных деятелей Третьего Рейха: «Когда я слышу слово “культура”, рука непроизвольно тянется к кобуре»… Неужели и мы приближаемся к этой опасной черте?

Слава Григорьевна Матлина, ответственный редактор журнала «Библиотечное Дело», кандидат педагогических наук