Проводя семинары для новых сотрудников, я всегда начинаю встречу с того, что цитирую отзывы читателей: оценка от первого лица, сторонняя объективность способны особенно точно передать атмосферу Библиотеки-дома, Библиотеки-мастерской, арт-лаборатории. Они позволяют в полной мере осознать миссию нашей уникальной библиотеки — специализированной Российской государственной библиотеки искусств (РГБИ).
Позволю себе привести здесь большой фрагмент пришедшего по электронной почте послания постоянной нашей читательницы. По сути это даже не отзыв, а статья, обобщающая смысловую и функциональную сущность библиотеки.
«Впервые я обратилась к фондам Российской государственной библиотеки по искусству в начале 1990-х, когда она ещё была Театральной. Тогда моё знакомство было поверхностным, но удивление богатству книжных фондов прочно вошло в сознание, поэтому десятилетием позже, когда мои научные и профессиональные интересы сконцентрировались в области гоголевской драматургии, я пришла в эту библиотеку опять, и с тех пор она стала для меня излюбленным местом научной работы.
Мои читательские впечатления при этом разнообразны, но неизменно глубоко положительны. Камерная, уютная атмосфера небольших по размерам читальных залов библиотеки дополняется внимательным, даже заботливым отношением к читателям сотрудников, их уважительным отношением к сосредоточенному состоянию читателей, быстрым доступом к нужным книгам и журналам, ну и, конечно, обширными фондами специальной и художественной литературы.
Прежде всего, меня как исследователя и читателя восхищает богатейшая книжная коллекция изданий 1920–1930-х годов по истории театра, театральному делу, по поэтике, — пережившая эпоху репрессий и, можно сказать, счастливо миновавшая участи многих и многих книг и изданий, сгинувших вслед за учёными, художниками и писателями. Понятно, чьими усилиями сохранены для нас эти книги и брошюры. Ценнейшим фондом для исследований по истории драматургии и театра является собрание рукописных и литографированных пьес из антрепренерских библиотек конца XIX в.».
«Лица необщее выраженье» РГБИ с первых лет её существования придавало особое подразделение, которое сегодня носит название Комплексный отдел иконографических материалов. (см. в номере статью, С. 9–11). Его создавал и выстраивал профессор, библиотекарь
П. П. Пашков. С научной строгостью и энтузиазмом Павел Павлович накапливал изобразительные материалы, целенаправленно отбирая визуальную информацию, которая могла быть творчески использована художниками разных жанров, видов и стилей искусства. Будучи художником, он прекрасно понимал, какой материал необходим художнику-постановщику или художнику по костюму. Отбиралось всё, «что им поможет “войти” в эпоху и время, “обжиться” в них, изучить, сделать своими близкими и понятными, затем сотворить свою версию и убедить в правильности решения, заставить поверить зрителя в то, что так и было: носили такие одежды, обувь, украшения и т. д.». Особый предмет его заботы — творческая молодёжь: «…Художественные произведения, прекрасные гравюры, раскрывающие великие произведения искусства, наброски художников, собранные в библиотеке, — лучшие учителя, примеры для студентов — будущих артистов».
Коллекция пополнялась и расширялась. Опыт отдела заимствуют коллеги, в том числе зарубежные. Так, в фонде представлена изысканная коллекция образцов тканей, которую мы стараемся пополнять и в наше время. Эти, казалось бы, невзрачные фрагменты ткани таят в себе серьёзный исследовательский и документальный потенциал. Благодаря им покрой сценических костюмов обретает историческую достоверность. Порой лоскут проглядывает в эскизе костюма, и рисунок начинает дышать, словно шелестя старыми шелками и габардинами… И вот в одном из номеров “Art Libraries Journal” читаю описание Библиотеки тканей. Знакомая методика подбора и использования коллекции…
«Особое впечатление — картотеки справочного отдела. Составленные давно и, как видно, фанатами своего дела, они до сих пор не утратили своей научной ценности и порой просто поражают объёмом систематизированных сведений, в том числе — аннотированных ссылок. Под стать этому и работа сотрудников отдела — она отличается высоким профессионализмом, и — практически в каждом случае — сведения и справки, справочные или энциклопедические издания, принесенные библиографами из недоступных читателям глубин библиотеки, превышают по важности и полноте информации читательский запрос.
Всё это вызывает чувство огромной благодарности! В моём случае это не только общая благодарность читателя за сохранение пространства неторопливой и сосредоточенной интеллектуальной и духовной работы посреди раздёрганного и клочковатого времени. Я считаю, что в завершение важных для меня научных проектов — написание книги и докторской диссертации — вложены и усилия сотрудников РГБИ, помогавших мне осваивать фонды библиотеки в максимально благоприятных для меня условиях» (д. ф. н. Падерина Е. Г.).
Особенности нашей библиотеки и богатство возможностей совокупного ресурса (а к ним я отношу и фонды, и информационные источники, и интеллектуальный, человеческий потенциал) обусловлены её специализацией. Отличия продиктованы совмещением свойств федеральной институции с её ведомственным характером. Статус государственной накладывает на библиотеку неизмеримую ответственность, но и даёт ряд преимуществ, главное из которых — гарантированное финансирование, а это значит, что оказывается экономически защищённой в первую очередь статья на комплектование. Для единственной специализированной библиотеки такого рода, библиотеки, не имеющей аналогов в мире по масштабу представления видов искусства (хотя приоритетной была и остаётся театральная проблематика), данное обстоятельство особенно важно.
Так всё начиналось…
Нет библиотек с одинаковыми судьбами. РГБИ зарождалась в недрах Малого театра. Она возникла как творческая лаборатория; отсюда её сегодняшняя структура, непохожая на структуру родственных организаций. Диапазон её задач велик: от привычного информационного обеспечения до научных консультаций, содействующих творческому процессу специалиста в области искусства.
Необходимость создания специальной библиотеки для слушателей Драматических курсов Малого театра констатировалось в специальном решении заседания Дирекции. Инициатива эта принадлежала выдающемуся театральному педагогу, декану театральной школы Малого театра, театроведу, профессору А. А. Фомину, ставшему первым и до последних дней жизни бессменным директором библиотеки. Он сумел привлечь к работе известных учёных: профессоров А. А. Грушку, К. В. Сивкова, В. К. Моллера, академика Д. Н. Кардовского, театрального и музейного работника и режиссёра Н. А. Попова. Библиотеку поддерживали председатель Дирекции Малого театра А. И. Сумбатов-Южин и нарком просвещения А. В. Луначарский.
Официальное открытие состоялось в 1922 году. Вот как напутствовали в Книге почётных гостей новую библиотеку великие «старики» Малого театра: «Тридцать лет тому назад — мы, старая Школа Малого театра, — мечтали о такой библиотеке… Наша мечта наконец сбылась! М. Крестовская». Радость великой М. Н. Ермоловой навсегда запечатлело признание-обращение к А. А. Фомину: «Жизнь без книги — тьма! Слава тому, кто внесёт свет в эту тьму. Очень жалею, что в моё время в этой школе мало было свету. Спасибо Вам, Александр Александрович!».
Деятельность библиотеки, созданной как учебная и одновременно лабораторная площадка для артистов, вскоре приобрела размах; библиотека стала обслуживать театры и творческие организации столицы, а в 1925 г. по решению правительства получила статус государственной.
С годами содержание библиотеки менялось. Менялось и её имя. Начни некий библиограф выстраивать для авторитетного файла официальных названий «гнездо» РГБИ, он может и запутаться. Поначалу наименование менялось в зависимости от ведомственной принадлежности — Библиотека Малого театра, Научная библиотека при Академическом Малом театре, Государственная театральная библиотека, Государственная центральная театральная библиотека. В начале девяностых осмысление новой культурной миссии библиотеки потребовало привести её титул в соответствие с содержанием фондов, справочно-информационного сервиса и читательским составом. Поскольку во всех отношениях деятельность была шире сугубо театральной и распространялась на все сферы искусства, возникло название — Российская государственная библиотека по искусству.
Наименование это не только отражало многообразие фондов и справочно-информационных ресурсов; впервые в России оно соответствовало типологической модели библиотек этой специфики. Возникал терминологический аналог принятому за рубежом “art library”. Но была очевидна некоторая неблагозвучность этого наименования для русского языка. Привычное клише «литература по…» утяжеляло название, а потому было убрано из длинного словосочетания, остался лишь предлог. Название прижилось, однако поскольку словосочетание это — «библиотека по искусству» — было и не точно, и не благозвучно, два года назад его пришлось уточнить. В результате утвердилось семантически адекватное и даже по-своему метафоричное название, которое транслирует главное достоинство служителей этого храма: искусство помогать искусству — Российская государственная библиотека искусств.
Возлюби читателя своего
Концепция постепенной эволюции от традиционной библиотеки к многофункциональному информационному арт-центру основывается на наработанных методиках и выстраивается с учётом ведущей роли библиотеки в обслуживании творческого процесса. Деятельность библиотеки варьируется от привычного информационного обеспечения до научных консультаций, содействующих этому процессу. Фактически РГБИ становится базой интеллектуальной и художественной деятельности, её инструментарием. Циркуляция культурных ценностей позволяет ей наравне с театрами, музеями, институтами формировать культурное пространство, выступать своеобразным мостом между днем сегодняшним и опытом предыдущих цивилизаций.
За годы работы РГБИ сформировала собственную модель обслуживания читателя, предусматривающую оптимизацию условий работы. Она сформирована с учётом специфики психологии творчества, особенностей профессионального обучения в художественных вузах. Взаимодействие с читателем всегда индивидуализировано. На персональное обслуживание в этой библиотеке может рассчитывать как прославленный мэтр, так и студент первого курса, художник будущий. В таком принципе полифункционального обслуживания — справочного, информационного, фактографического, научно-консультативного — находит отражение сложившаяся традиция. Не случайно на одном из заседаний Секции библиотек по искусству ИФЛА после доклада о нашей библиотеке зарубежные коллеги заинтересовались принципом содержательной, видовой, жанровой преемственности («Сохранить, закрепить и развить достигнутое и задуманное основателями и предшественниками»)1.
Если перефразировать известное изречение Л. Н. Толстого, библиотеки схожи в первую очередь теми удивительными созданиями, что зовутся библиотекарями; счастлива же каждая библиотека по-своему … счастлива своими специалистами.
В разных городах — даже в зарубежных командировках — нас неоднократно встречали вопросом: а помним ли мы Екатерину Свеновну Куликову? И бросались взахлёб рассказывать о ней сами. О том, как она выносила читателю книгу за книгой, раскрывая особенности костюма для роли Марии Стюарт; о том, какая обаятельная улыбка у дежурного по залу; какие модные и красивые девушки в этой библиотеке. Знают имена «разыскателей по каталогу» Тамары Алексеевны Тарасовой и Валентины Самойловны Кирсановой, помнят о библиографической скрупулёзности Людмилы Рувимовны Левиной и Лидии Сергеевны Ильиной. Чтят авторитет Наталии Алексеевны Ездиной, Елены Георгиевны Хаплановой и Дины Якубовны Чанышевой, Светланы Антоновны Гук, Ирины Борисовны Титуновой и Галины Михайловны Чижовой, а также Инны Александровны Вагановой — предложенные ею нововведения способствуют привлечению новых читателей.
Посетители не скрывают своей признательности, имена тех, кто тщательно опекает их при посещении библиотеки, «передают» своим коллегам, причём известны им имена и тех специалистов, что не заняты непосредственно в обслуживании читателей. Среди таковых — комплектаторы Т. В. Пичугина и Е. Н. Почепецкая, создатели электронных каталогов Т. А. Глазунова и Т. А. Кравченко и многие, многие другие. Ведь, как известно, библиотечный организм функционирует и за счёт тех процессов, что сокрыты от глаз посетителей, современное информационное производство сочетает традиционную хранительскую деятельность с инновационным продуцированием.
Впрочем, о библиотекарях пусть говорят читатели.
Б. А. Мессерер на презентации выставки «Влюблённые в оперу» (2011:) «Я испытываю совершенно нежные чувства к людям, которые здесь работают. Они все поразительно помогают работать, то есть жить. Чем отличается эта библиотека от обычной? Наверное, во всем мире среди людей, работающих в библиотеке, есть люди, которые всегда помогут, что-то подскажут, но это уникальная библиотека, лучшая в России, а может быть и в мире, я не знаю… Мы, художники, — безумные люди. Я прибегаю, у меня мало времени, мне нужно срочно найти материал по определённой теме. Смотреть каталог — бессмысленное для нас занятие, сам никогда не докопаешься до нужной книги, никогда. А здесь сотрудники мгновенно реагируют и сами приносят эти книги в огромном изобилии, с запасом, и лучше, чем я думал. Поразительно, что в наше суровое время, когда повсюду царствует бюрократия, в библиотеке жива такая традиция. Я помню старшее поколение работавших здесь людей, например, Екатерину Свеновну Куликову; она ввела это в практику. Всегда подсказывала, что именно надо взять. С неё это и с Лины Ивановны Антоновой это и начиналось. Ирина Всеволодовна Ускова поразительным образом эту традицию переняла и помогала невероятно. И сейчас многие так работают, например, Елена Георгиевна Хапланова, Дина Чанышева. Я очень им благодарен. Поход в Ленинскую — это же мука мученическая. Человек там, конечно, получит в итоге нужную книжку, но путём огромных усилий многодневных, а то и многолетних. Здесь же всё делается мгновенно. Поразительно!».
А вот отрывок из воспоминаний
О. С. Кручининой, народного художника Российской Федерации, старейшего читателя РГБИ :
«Все студенты нашего факультета занимались в Театральной библиотеке. Мы находили здесь весь нужный материал по костюмам, их деталям, орнаментике, эпохам и странам. Начав работать в кино, я постоянно обращалась к фондам библиотеки. В то время на киностудии им. М. Горького и на “Мосфильме” своих книг не было. С книгами вообще было очень плохо. Единственными источниками были Театральная библиотека и Ленинка. Но только в Театралке сотрудники всегда очень помогали мне советами, где найти нужный материал, подбирали книги, журналы и иллюстрации. За свою жизнь я сделала костюмы для 44 фильмов, одевала звёзд советского экрана (Л. Орлову, Э. Быстрицкую, Л. Голубкину, О. Стриженова, В. Ланового, Ю. Яковлева, С. Столярова, Б. Андреева), работала с такими выдающимися режиссёрами, как А. Птушко (7 фильмов), С. Юткевич, Г. Александров, В. Басов, Э. Рязанов и многими другими. И все мои костюмы без исключения создавались с помощью Театральной библиотеки, о чём я всегда вспоминаю с теплотой и благодарностью».
Трудности сохранения традиций обслуживания связаны с объективным противоречием. С одной стороны, РГБИ выступает как своего рода соорганизатор арт-деятельности, соавтор читателя-художника, институт по воспроизводству и производству культурных ценностей. С другой стороны, перед нами стоят просветительские задачи, необходимо обеспечивать равный для всех доступ к культурным ценностям. В условиях ограничения записи читателей эту задачу было не решить. Ведомственный характер библиотеки в последние годы становился тормозом её развития. Воплощения декларируемой идеи публичной библиотеки искусств потребовало кардинальных преобразований. Важно было не только анонсировать себя как публичную библиотеку и пересмотреть Устав и учредительные документы (это произошло два года назад), но и принципиально трансформировать библиотеку, превратить её из ведомственной в общедоступную, взять на себя новые социальные обязательства, нарастить культурно-просветительский потенциал, укрепить связи с городской средой. Это означало выйти за узкоотраслевые рамки, пересмотреть подход к хранению и комплектованию, в частности к организации подписки и, конечно же, обслуживанию.
В этом смысле своеобразной экспериментальной площадкой стал Абонемент. Расположенный недалеко от основного здания библиотеки, этот отдел даже в пору ограниченной записи читателей работал как общедоступный. Здесь сложился коллектив изобретательных, широко образованных, щедрых на улыбки и всегда готовых к огромной работе людей. Это одна из немногих библиотек в Москве, где бывают очереди. Посетителей здесь не делят на «наших» и «не наших», сотрудники каждому подберут литературу по теме, подготовят фактографическую справку наравне с библиографами, дадут совет. Рекордно малое и постоянно снижающееся количество «должников» также не случайно: на абонементе практикуют «прощёные» дни и книги-альтернативы.
Будучи специализированной организацией, РГБИ обладает теми же свойствами «art library», что и зарубежные специализированные библиотеки. Но и отличий немало: РГБИ — единственная библиотека искусств государственного масштаба, федеральный уровень выводит её в число главных библиотек страны, а богатство фондов и техническая оснащённость, уровень сервиса делают ведущей в своей сфере. Подобно родственным библиотекам Европы и Америки, РГБИ имеет концепцию развития ресурсов (как книжных, так и цифровых), ориентированных на сопровождение гуманитарной науки и активную позицию в создании культурных ценностей.
Творческая компетентность деятеля искусств напрямую зависит от реализации его читательских интересов, объёма доступной ему литературы и её качества. Это создаёт особенную конфигурацию читательского пространства специальной библиотеки. Специфика авторской задачи — собрать информацию, посмотреть, что уже наработано до него, выявить визуальный ряд, набрать массив сведений, без которого невозможен переход к собственному творчеству — приводит к тому, что грань между «информацией» и «чтением» стирается. Художественный опыт таких авторов, как
Б. А. Мессерер, В. и Р. Вольские, Э. С. Кочергин, О. Н. Ефремов, И. М. Смоктуновский, П. Н. Фоменко, В. М. Соломин, и других выдающихся мастеров свидетельствует о глубочайшей проработке художественного замысла с использованием книжных, иллюстративных, документальных источников. Многолетняя работа с таким читателем, повышенное внимание к его особенностям и предпочтениям позволили нам выявить круг чтения представителя художественных профессий. Специфический характер обращения творческого человека в библиотеку проявляется в характере его запросов. От информационного обеспечения и ответов на фактографические вопросы до научных консультаций по раскрытию исторических реалий — таков диапазон участия библиотечных специалистов в предыстории художественного процесса. Совет библиотечного консультанта может не только скорректировать представления о том, каков должен быть объём материала для проработки, но повлиять на сюжет, направление поиска, даже жанр предстоящего сочинения2. Роль библиотекаря-библиографа возрастает: он выступает консультантом, помощником, подсказчиком, советчиком, становится реальным участником художественного проекта, фактически его соавтором и сотворцом.
Именно здесь таятся основные риски обслуживания. По понятным причинам круг специалистов такой квалификации обновляется слабо… История библиотеки знает счастливые времена, когда нормой было присутствие сотрудников-искусствоведов, «добиравших» в дополнительном обучении запас библиотечных знаний. Бывало и наоборот. Сотворцом прежде мог быть только человек, имеющий два образования: библиотечное и искусствоведческое. Сегодня к прежней специализации прибавляются требования владеть высоким уровнем информационных знаний и навыков. Без этого невозможно, например, исправлять в сценариях несоответствия, а порой дописывать целые фрагменты, что подчас приходится делать сотрудникам библиотеки.
Новые технологии — новые задачи
За библиотекой закрепилась репутация своеобразной культурологической лаборатории. Комплексный характер ресурсов, гибридность фондов, где представлена как печатная, так и электронная продукция, скоррегированы формы библиотечного (для изданий) и музейного (для театральной графики) хранения, позволяют библиотеке стать креативной площадкой, которую смело называю «долговременным мастер-классом» для художников различного профиля. Именно в этом смысле следует говорить об объединении в подобной библиотеке музея, архива, творческой мастерской.
В контексте современных тенденций развития библиотечного дела актуальной задачей является сохранение самобытности и вместе с тем новаторство. РГБИ одной из первых приступила к компьютеризации своей деятельности, стала пионером среди профильных библиотек по репертуару и качеству электронных ресурсов. Концепция электронной библиотеки выстроена с учётом отраслевой специфики. Мы ведём крупномасштабный электронный каталог, создаём базы данных с иконографическими элементами, сознаём актуальность каталогов с включением имиджей фондовых документов, а также создаём и совершенно своеобразные, проблемно-ориентированные базы данных. Наш ЭК отличается синтетичностью; система каталогов библиотеки всегда была авторитетна благодаря высококачественным записям и большому поисковому диапазону. Качество, глубина, научность библиографических записей позволили реализовать масштабные проекты ретроконверсии читательских и генерального каталогов. Особую важность имел перевод в цифровую форму ценнейшего предметного каталога.
РГБИ была среди первых и в деле создания библиографических справочников на основе машиночитаемых форматов. Нам удалось сформулировать и реализовать мысль о единой программной основе для всех источников информации, продуцируемых в библиотеке. В качестве такой универсальной АБИС была выбрана «OPAC-GLOBAL», её математическое обеспечение было адаптировано под наши задачи и специфику.
Ещё десятилетие назад были нами были определены задачи интеграции библиографических ресурсов, по сути выполняющих задачу отраслевого источника информации, сформулирована долгосрочная программа интеграции тематических БД. Так образовался ценнейший, единственный в стране электронный источник по драматургическим изданиям. Объединяющая роль нашей библиотеки сказалась и здесь: ресурс охватывает основные «драма-хранилища».
Творческая лаборатория, музей, научный и выставочный центр
За годы работы у РГБИ выработалась своя профессиональная стилистика, собственные сервисные «форматы». Генетически они восходят к замыслу основателей о библиотеке-лаборатории. РГБИ стала моделью специализированной библиотеки, где найден баланс между библиотечными и искусствоведческим практиками. Наиболее заметным проектом последнего времени, объединившим принципы музейной, научной, образовательной деятельности с библиотечными задачами и методами, стало создание Музея Читателя.
Проект появился в результате изучения истории российского театра в таком необычном аспекте, как работа актёра и режиссёра в контексте чтения и книги. Здесь родилось множество творческих идей, шла работа над произведениями, вошедшими в золотой фонд российской сцены. Созданная экспозиция помогает понять историю отечественного искусства, а одновременно и пути формирования читателя-творца, его книжного и духовного мира.
Аналога этому музею нет. Цель его — показать роль книги и чтения в создании произведений искусства, в частности в театральном деле. В результате, собирая материалы о работе деятелей театра, специалисты библиотеки создали экспозиции, демонстрирующие историю создания высоких образцов российской сцены. В то же время музейные выставки аккумулируют большой документальный и художественный материал, позволяющий проследить эволюцию российского, в первую очередь московского театра и представляющий серьёзную базу для научных исследований.
В основу экспозиций положены результаты исследования истории конкретных театральных постановок, театрального дела в целом, мониторинга читателя театральных профессий. Постоянно ориентируясь на профессиональные особенности нашего читателя, его социальное, культурное, и, пожалуй, в первую очередь, психологическое своеобразие, мы осознаём необходимость исследования читательских предпочтений художника в контексте сегодняшней парадигме чтения. До нас к научным аспектам «Художник в своей библиотеке», «Художник как читатель», «Читательские запросы и компетентность лиц творческих профессий» никто не обращался. Между тем представление о том, как и сколько нужно читать, чтобы появились новые «Лебединые озёра» или «Пиковые дамы», чтобы заново зазвучал Шекспир или появился новый «Амфитрион», может серьёзно продвинуть интеллектуальную эволюцию молодого художника.
Каждая экспозиция демонстрируется в течение года. Здесь можно увидеть подлинные шедевры театральной графики, книжные раритеты, архивные редкости. Её презентация проходит как яркий праздник. Сочетание в экспозиции традиционной и электронной частей помогает привлечь внимание посетителей, в первую очередь студентов.
Выставочная деятельность библиотеки также организована особым образом. Эволюцию выставок можно проследить, например, обратив внимание на такую их особенность, как привлечение к участию музеев, любительских обществ. Наша библиотека первой стала привлекать к экспозиционной работе коллекционеров (например, экспонируя открытки и даже проводя семинары по их коллекционированию и хранению). Семинары, кстати, помогли коллекционерам исправить немало ошибок, перенять современные методики. В частности нам удалось положить конец варварскому методу расклейки и хранения открыток, вред которого совершенно не осознавался собирателями.
Процитирую отзывы посетителей выставок.
«Есть ли национальность у кукол?»
(2005 г).:
«Спасибо организаторам за то, что они, владея информацией о русской культуре, дают нам возможность передать будущему поколению накопленный опыт и народные традиции. В. П. Кожанова»; «Российская государственная библиотека по искусству ещё раз показывает, что это не просто библиотека, а московский культурный центр, где можно прочитать книгу, послушать классическую музыку, посмотреть выставку живописи и прикладного искусства».
«Выставка Михаила Раската ещё раз убеждает в том, что беспредметная живопись, если она жизнеутверждающая, может радовать глаз и согревать душу. Успехов библиотеке и её руководству во главе с Адой Ароновной в просветительской и культурной деятельности. М. Д. Афанасьев, Директор Исторической библиотеки России Москва. 28/III 2007»
Приятно осознавать, что эти отзывы перекликаются с более ранними, уже вошедшими в историю свидетельствами:
«Ознакомившись с выставкой по эволюции сценического оформления и с характером работы библиотеки, нахожу, что по своим заданиям Государственная Театральная библиотека является исключительным исследовательским институтом, необходимым как сформировавшимся деятелям театра, так и молодёжи, работающей в области театра. Художник И. Бобышев. 13 августа 1928».
Библиотека постоянно участвует в социокультурной жизни страны, стала частью московского, более того, российского культурного ландшафта. Постепенно она принимает на себя обязательства многофункционального культурного центра, аналогичного парижскому центру Ж. Помпиду. Авторитетные проекты, популярные выставки, самобытные идеи делают сегодня РГБИ ведущим экспертом, авторитетом для различных библиотек, связанных с искусством. Одна из давних читательниц в своём отзыве подчёркивает нашу уникальность: «…Была в Европе, добивалась там увидеть что-нибудь в помощь театральному делу, но ничего подобного ни в Европе, и ни в Америке не существует».
К сожалению, в профессиональном диалоге голос театральных, музейных, архитектурных, учебных библиотек не часто можно услышать. В силу самых разных, но точно не от них зависящих обстоятельств, им труднее развиваться, а порою выживать. Поэтому так велика роль федеральной библиотеки искусств, с её опытом и открытостью читательским и профессиональным кругам. Ещё 20 лет назад осознав, что профессиональные связи распадаются, (а в отличие от библиотеки другой видовой принадлежности библиотеки этого вида не имели своей сети), мы поняли, что необходимо консолидировать библиотеки, продвигающие искусство. А это значит — вовлечь в зону постоянного внимания областные универсальные научные, а также муниципальные, особенно центральные городские библиотеки с комплексными отделами искусств (или литературы по искусству).
Важно было увлечь библиотеки, в том числе «малые», ведомственные, поскольку они оставались «на обочине» информационного, и социокультурного развития. Так в традицию РГБИ вошло проведение семинаров и конференций, ставших постепенно известными и востребованными, и не только в библиотечных кругах. Сначала мы стремились «расшевелить» коллег. Теперь они нас спрашивают: «Когда будет семинар по фотографии, продолжатся ли лекции по истории гравюры, пригласим ли на выставку дипломных работ сценографов?..»
Как-то на международной книжной выставке-ярмарке нас похвалили: дескать, нашли свою нишу. Но мы не искали нишу специально; речь скорее должна идти о поиске приоритетов в деятельности ведущей библиотеки искусств! Наши научные конференции посвящены тем источниковедческим, книжным, библиотечным, архивным вопросам, которыми, не занимался никто, кроме нас. Научные театрально-книжные чтения пройдут в десятый раз. Тема нынешнего года актуальна и как всегда инновационна: «Документирование театрального наследия». Уже шесть раз проводились Международные Михоэлсовские чтения, сквозная тема которых сформулирована так: «Национальный театр в контексте многонациональной культуры». Проблематика чтений не устаревает — она с каждым годом приобретает всё более актуальное научное, культурное, политическое звучание. Конференции собирают круг авторитетных, ярких исследователей, практиков и теоретиков, представителей прикладной науки, среди докладчиков — сотрудники РГБИ, других библиотек, институтов, архивов, музеев. По итогам конференций издаются сборники, популярность которых честно заслужена.
Долгосрочный проект «Библиотечная площадь искусств» аккумулирует дискуссионные панели и лекции, мемуары драматургов, встречи с режиссёрами. Е. Исаева и М. Угаров, М. Левитин и
М. Розовский — театральное дело представлено пестро и выразительно. Захватывают своей оригинальностью — по тематике и стилю — лекции выдающегося историка моды Р. Кирсановой! а этой «площади», на её смысловых перекрестках пересекаются пёстрые линии современного искусства и добрые старые традиции классической библиотеки.
Логика саморазвития диктует библиотеке вектор движения. Интеграция информационных и научных ролей, функций собирания и сохранения ресурсов в сегодняшнем изменчивом мире порождает неизведанные до того формы контактов с пользователем. Актуально общение специалистов через социальные сети? РГБИ создала свою страничку в различных социальных сетях: Facebook, «ЖЖ», «ВКонтакте». Библиотека живёт полнокровной жизнью, реализует идею прозрачности и открытости, вступает в ежедневный диалог (полилог) с читателями, коллегами, конкретными людьми и институциями, любящими, продвигающими и творящими искусство.
Ада Ароновна Колганова, директор Российской государственной библиотеки искусств, Москва
1 См.: Art libraries journal. — 2010, v.10, — Р. 35–41.
2 Колганова А. А., Хапланова, Е. Г. Библиотека и Мастер: творческий союз / Колганова А. А., Е. Г. Хапланова // Информационный бюллетень Российской библиотечной ассоциации. — 2007. — №42. — С. 83–87.