Изысканная, как правило, завуалированная «повествовательность», «документальность» экслибриса, его «серийность» (как в рамках одного книжного собрания, так и «повторяемость» его рисунка, отдельных разборных имперсональных элементов на протяжении целой эпохи) выводят его за границы прикладного жанра малой графики и превращают в междисциплинарное явление.
Возникновение книжного знака было обусловлено потребностью закрепить принадлежность книги за конкретным человеком, определённой библиотекой. Известно, что на ранних этапах своей истории экслибрис являлся полноценным документом владения и заверялся нотариусом. Отношение к экслибрису как к официальной бумаге сохранялось вплоть до середины-конца XIX в., что позволяет использовать книжный знак в различных исторических изысканиях: восстановлении истории знатных родов, дополнении и уточнении судьбы крупных библиотек и изданий из их собраний, а также хода отдельных исторических событий.
Существенными аспектами для подобных исследований представляются «серийность» и «разборность, универсальность» экслибриса (возможность модификации одного и того же книжного знака). Эти модификации позволяют более точно устанавливать время приобретения, передачи, дарения книг и таким образом соотносить судьбу конкретной книги или собрания с историческими событиями.
Рассмотрим, например, книжный знак, разработанный для Мельхиора Шеделя (Melchior Schedel). Он был гравирован на меди Й. Амманом (Jost Amman) (1539–1591), наиболее ярким представителем переходного от возрождения к барокко стиля маньеризм.
С именем Мельхиора Шеделя связана судьба одного из самых значительных частных книжных собраний XV–XVI вв. Его основателями были Герман Шедель (Hermann Schedel) (1410–1485) из Аугсбурга и его нюрнбергский кузен Хартманн Шедель (Hartmann Schedel) (1440–1514), автор известной «Всемирной хроники» (1493). Наряду с медицинской книгой, широко представленной в библиотеке (поскольку оба были врачами), они собрали издания античных классиков, а также немецкоязычную литературу XV в., что было в то время редкостью. Хартманн Шедель придавал особое значение типографскому искусству, шрифтовому и иллюстративному оформлению изданий, искусству переплёта. Всё это гармонично дополнял фамильный знак; на титульном листе или первой странице книги была изображена голова мавра, родовой герб Шеделей.
По завещанию Хартманна Шеделя библиотека должна была оставаться собственностью семьи, но Мельхиор Шедель, последний представитель этого рода, решил продать книжное собрание. Своё намерение он отразил в экслибрисе, созданном для него Й. Амманом.
Образ владельца и самой библиотеки представлены в иносказательной форме. На экслибрисе изображён сам М. Шедель, воин и дворянин; женская фигура является аллегорией библиотеки, ключ к которой можно получить только за кошель с деньгами. Такого рода аллегорическое изображение понятия в виде фигуры человека встречается в экслибрисе впервые.
В центре крупно изображены фамильный герб и шлем на фоне пышного оплечья, увенчанный короной. Среди элементов декора особый интерес представляют так называемые трубы, «слоновые хоботы» или «рога» в качестве убранства шлема, «шрифтовая лента» с девизом и (под изображением) табличка с именем в рамке с орнаментальными архитектурными мотивами.
Экслибрис выглядит очень репрезентативно и торжественно за счёт яркой расцветки. Эту представительность подчёркивает и крупный размер знака (20,0х13,7).
Благодаря этому экслибрису стало известно, что фамильное собрание сначала было продано Хансу Якобу Фуггеру (Hans Jakob Fugger) из Аугсбурга, а затем в 1571 г. перешло к герцогу Альбрехту V Баварскому (Herzog Albrecht V. von Bayern) и послужило основанием Мюнхенской королевской библиотеки.
Интересным примером «странствий» книжного знака служит экслибрис Вольфганга Фогельманна (Wolfgang Vogelmann) (после 1533 г.), представляющий уже нарождающиеся барочные тенденции в экслибрисе. Этот лист демонстрирует склонность к использованию в композиции архитектурных элементов, навеянных итальянским Возрождением и получивших новое развитие в искусстве барокко. Подобная композиционная структура стала впоследствии весьма употребительной. По всей вероятности средняя часть вынималась и заменялась другой формой, таким образом одна и та же архитектурная рамка использовалась для различных семейных гербов, к которым при необходимости добавлялось имя. Для малоформатных книг печаталась только средняя сменная часть без архитектурного обрамления. Благодаря такой способности к модификации этот экслибрис стал в конце XVI в. книжным знаком Иоганна Кристофа Шерба (Johann Christoph Scherb) из уважаемой нордлингенской семьи, а позднее превратился в экслибрис городской библиотеки Нордлингена (Stadtbibliothek Nördlingen).1
Такое использование знака или отдельных его элементов, свидетельствует о том, что экслибрис был необходимым прикладным «документом» повседневной жизни. Большая потребность в гравированном знаке «сделала» его функциональным — «разборным и подвижным», адаптируемым под размер книжных форматов, и обусловила его использование разными людьми в разные времена. Одни и те же гравированные шаблоны-обрамления, шаблоны-картуши можно часто встретить дополненными разными именами и надписями.
Ещё одним примером подобного рода метаморфоз является экслибрис герцога Ульриха фон Мекленбурга (Herzog Ulrich von Mecklenburg). Большой мекленбургский герб впервые встречается на обороте титула верхненемецкого издания мекленбургского церковного устава (mecklenburgische Kirchenordnung) (Виттенберг, 1552 г.). Изображение относит к известному мастеру эпохи возрождения Лукасу Кранаху Старшему, чей знак стоит слева внизу. Этот герб, использовался также для нижненемецкого издания церковного устава. Позднее он нашёл применение в книжных знаках герцога Ульриха фон Мекленбурга (1527–1603), образованного представителя высшей аристократии, интересовавшегося геральдикой и генеалогией.
Учёный-геральдист Карл Теске (Carl Teske), исследовав его библиотеку (она содержала 9 тыс. томов), установил, что существовало 10 вариантов герцогского экслибриса.2 Хотя они отличались друг от друга только размерами и шрифтовым оформлением, считается, что это самая обширная серия знаков на имя одного человека со времени возникновения экслибриса. На старейшем листе под гербом, заимствованном с оригинальной доски Л. Кранаха (1472–1553 гг.), обозначен год — 1559. Этот знак, наиболее вероятно, был предусмотрен для фолиантов. Рассматриваемый лист, выполненный в продольной гравюре на дереве, по К. Теске, девятый из десяти вариантов, рассчитан для меньших форматов, вероятно, в октаву. Герб был вновь награвирован по оригиналу Л. Кранаха в мастерской Якоба Люциуса Зибенбюргера (Jacob Lucius Siebenbürger) в Ростоке. Две особенности, которые обращают на себя внимание на представленном знаке 1586 года, встречаются как элементы оформления и на более ранних вариантах. Это вписанная между цифрами года «E» (15 E 86), начальная буква имени супруги герцога, Елизаветы, и ряд букв ниже: «H.G.V.V.G.», аббревиатура его девиза: «Боже, смилуйся над нами» («Herr Gott Verleih Vns Gnade»). Стоит опять же отметить широкую орнаментальную рамку — достаточно массивную, контрастирующую с более тонким изображением герба, перегравированного с ренессансного оригинала.
Ещё одним эксклибрисом, о котором хотелось бы упомянуть, служит книжный знак, выполненный для «Библиотеки Палатина» («Bibliotheca Palatina») по заказу герцога Максимилиана Баварского (Herzog Maximilian von Bayern) (1623 г.). Эта резцовая гравюра — своего рода свидетельство влияния политических событий на историю Гейдельбергской библиотеки. На основании чего исследователь Лайнинген-Вестербург (Leiningen-Westerburg) выделяет этот экслибрис как «самый интересный библиотечный знак» после Дюрера.3
Выверенная стройная компоновка изображения и типографики в значительной мере обусловлена стилистикой барочных титульных листов. Все основано на симметрии. Явно прослеживается «центральная ось», своеобразный стержень, на который нанизываются элементы барочной композиции: выровненные по центру наборные строки и почти зеркальная относительно этой оси гравюра. На этой линии акцентирован композиционный центр — держава на баварском щите.
Крупно репрезентативно изображен герб овальной формы, нередко встречающейся в барочных экслибрисах. Художник отказывается от рамки и оставляет «свободные», но строго выверенные края, составляющие общий прихотливый контур шрифтовой и изобразительной форм. Лист демонстрирует высокое мастерство гравирования, тонкость проработки.
В продолжение Тридцатилетней войны, когда войска лиги, Габсбургский блок, захватили в 1622 г. Гейдельберг, Максимилиан Баварский по политическим соображениям, дабы не ссориться с Ватиканом, согласился на требование папы Грегория XV отдать эту знаменитую библиотеку Ватикану. Прежде чем книги были отправлены в Италию, Максимилиан приказал сопроводить каждый том экслибрисом, датированным 1623 годом. Эту работу он поручил Рафаэлю Саделеру (Raphael Sadeler) (1560–1632), выходцу из крупнейшего и, вероятно, наиболее преуспевающего рода фламанских гравёров конца XVI–XVII вв.
Под изображением баварского герба стояла следующую запись: «Я происхожу из библиотеки, которая после захвата Гейдельберга как трофей и знак была передана папе Грегорию XV и отправлена Максимилианом, герцогом Баварским, вассалом Священной Римской Империи и Первым курфюрстом» («Sum de Bibliotheca, quam Heidelberga capta, Spolium fecit, & P. M. Gregorio XV. trophaeum misit. Maximilianus Utriusque Bavariae Dux &c. S.R. I. Archidapifer et Princeps Elector». Ниже: «Anno Christi MDCXXIII» (1623 г. после рождества Христова).4
Перечисленные качества делают книжный знак привлекательным и полезным для многих дисциплин и разноплановых исторических исследований, а отслеживание временных и географических «странствий» книжного знака позволяет достовернее, живее соприкоснуться с ходом истории в целом, и развития экслибриса в частности.
Софья Алексеевна Воронцова, Московский государственный университет печати
* Первая статья цикла см. Библиотечное Дело №4 (166) 2012
1 Schmitt A. Deutsche Exlibris, Eine kleine Geschichte von den Urspruengen bis zum Beginn des 20 Jahrhunderts. — Koehler&Amelang, Leipzig, 1986. — S. 142.
2 Teske C. Das mecklenburgische Wappen von Lucas Cranach d. Ä., die Bücherzeichen (ex libris) des Herzogs Ulrich zu Mecklenburg und Anderes. — Berlin: Stargardt, 1894. — S. 6.
3 Leiningen-Westerburg, zu K. E. Deutsche und oesterreichische Bibliothekzeichen Exlibris: e. Handbuch für Sammler, Bücher- u. Kunstfreunde, Leipzig: Zentralantiquariat der DDR, 1980. — S. 491.
4 Wolf S. Exlibris. 1000 Beispiele aus 5 Jahrhunderten. — München: Bruckmann, 1985. — S. 28.